Рассказы, опубликованные на сайте о Великой Отечественной войне являются художественным вымыслом.
Георгий Арутюнянц: "Он стал солдатом раньше призывного возраста..."

Георгий Арутюнянц: "Он стал солдатом раньше призывного возраста..."


Георгий Минаевич Арутюнянц родился 31 мая 1925 г. в городе Новочеркасске Ростовской области в семье служащего.

По национальности он был армянин. Спокойный, не по годам развитый мальчик был всеобщим любимцем.

В 1931 г. семья Арутюнянц переехала в город Краснодон Ворошиловградской (ныне Луганской) области.


Георгий учился в школе № 1 имени А.М. Горького. Любил спорт, увлекался коллекционированием, много читал.

В 1940 г. его приняли в комсомол, и он стал еще более серьезным, требовательным к себе, много внимания уделял общественной работе, был избран членом комитета комсомола школы.

Война прервала все планы и стремления людей того времени. Их жизнь разделилась на «до» и «после».


На фронт Георгия не брали по возрасту. Поэтому он решил со своими товарищами поехать в колхоз убирать богатый урожай хлеба, чтобы он не достался врагам.

В июле 1942 г. он эвакуируется. Но после месячного скитания попадает в окружение и возвращается домой.


В числе первых Георгий Арутюнянц вступает в подпольную организацию «Молодая гвардия». Участвовал в сборе оружия, разгроме вражеских автомашин, в поджоге скирд хлеба, писал и распространял листовки.


В начале ноября на квартире Арутюнянца была создана подпольная типография. Первую листовку решили отпечатать накануне 25-й годовщины Великого Октября.

«Вечером к Георгию пришли Иван Земнухов, Василий Левашов, Владимир Осьмухин, - рассказывала мать Арутюнянца, Татьяна Никитична. - Они прошли в комнату Жоры. Сын взял коптилку, на двери повесил одеяло, нас попросил не беспокоиться, ложиться спать. Всю ночь ребята не спали, постукивали, что-то писали...»


А вот, что вспоминал сам Георгий Минаевич о периоде оккупации:


«Ходить по городу можно было до 21 часа. Тех, кто появлялся позже - расстреливали. Значит, и листовки можно было расклеивать только до девяти часов вечера.

Появлялись они там, где больше всего принесут пользы, где больше бывает народа. Это, например, у колонки, где берут воду, на базаре, и даже в церкви.

До войны в Краснодоне ее не было. Мы пошли посмотреть эту диковину, а шапки забыли снять...

Кто-то сказал:

«Давайте здесь листовки развешивать».

Потом присмотрелись, видим - старик продает свечи и молитвы, напечатанные на отдельных листиках, почти на таких, как наши листовки.

Мы отвлекли внимание старика и в середину пачки молитв положили листовки. Наблюдаем, что будет. Старик продолжает продавать молитвы, дошел до листовок и их раздает.

 Слышим, в уголке старуха другой шепчет.

«А что у тебя?»

Скоро в церкви поднялся шум. Но обыскивать здесь не положено. Мы с радостью наблюдали, как люди перечитывали листовки и, видимо, думали о своих сыновьях, мужьях, которые были на фронте.

Был у нас Вася Пирожок.


Однажды он подходит к клубу и говорит Ване Земнухову:

«Листовки расклеил, можно, я останусь в клубе?».

А Ваня в ответ:

«У меня есть еще одна листовка!»

И вынимает ее из кармана:

«Где приклеить?».

И тут откуда ни возьмись появляется Севастьянов. Это был полицай, ужас что за человек.

На базаре, например, он взбирался на прилавки и ногами разбрасывал все фрукты, точно в футбол играл.

Ребята шепчут Васе:

«Прячь листовку».

А он смотрит на полицая и говорит нам:

«Давайте ему на спину приклеим».

Ваня Земнухов, старший из нас, одернул Васю. А в двух шагах стоял Сережа Тюленин - очень отчаянный парень был. Он подходит и улыбается.

«Сейчас мы все устроим. Ты только, Ваня, согласись...»

Каждому из нас хотелось насолить полицаю. И решили так: пока он в фойе курит, мы ничего не делаем, а как только он направится в зал, - организуем в дверях толкучку, кто-то из наших крикнет:

«Там драка».

Полицай будет протискиваться в зал, а мы и воспользуемся этим моментом. В общем, сделали все так, как задумали. В дверях сутолока. Севастьянов расталкивает людей, а на спине у него листовка.

Ваня Земнухов всех нас немедленно отправил по домам, а сам наблюдал: что же будет дальше? Полицай идет - руки за спину, а на спине листовка. Все боятся ему об этом сказать.


И вдруг заходят фашистские главари, предатели Захаров, Подтынный. Увидели Севастьянова и ахнули. Приказали отвести его в холодную и дать 15 плеток.

А патрулями были наши ребята Попов и Ковалев, которые по заданию штаба «Молодой гвардии» работали в полиции. Они его сопроводили и передали распоряжение:

«Высечь так, чтобы он и утром подняться не мог». Вот так и закончился этот случай с листовкой».

Чтобы не быть угнанным в Германию, Георгий устроился работать в клуб имени А.М. Горького: играл на мандолине в струнном оркестре.


Вот, что вспоминал Георгий Минаевич о работе в клубе:


«Немецкий комендант разрешил организовать в Краснодоне самодеятельный театр. Фашисты хотели убедить население, что дела на фронте у них идут хорошо, что они обосновались на нашей земле надолго.

Мы использовали эту легальную возможность в интересах подпольной организации.


Наши ребята и девушки заняли в театре все посты: его директором стал Женя Мошков, администратором - Ваня Земнухов, руководителем оркестра - Виктор Третьякевич.

В оркестр входили Сергей Тюленин, Володя Загоруйко, Василий и Сергей Левашовы и другие. Играл на мандолине и я.

А вездесущая Люба Шевцова участвовала и в оркестре, и в танцевальном коллективе, и в драмкружке, и в хоре. Она с артистическим мастерством исполняла все роли и была ведущей солисткой.

Оккупанты были довольны деятельностью театра. Поэтому удалось сравнительно легко договориться с ними, чтобы наших артистов не отправляли в Германию и не посылали на хозяйственные работы.


Ссылаясь на театр, Мошков и Земнухов нередко выручали своих друзей из беды.

Помню, как-то полиция задержала в городе Бориса Главана. Он шел в неположенное время с патефоном в руках.


Эта неосторожность могла дорого обойтись не только ему, но и всей организации. Мы волновались и переживали.

Земнухов пошел к главному инженеру дирекции - шефу нашего театра Андрееву. Презренный предатель пользовался большим доверием у властей, вместе бражничал с начальником полиции Соликовским.

- Господин Андреев, я очень сожалею, что приходится беспокоить вас, но вынужден сделать это в интересах театра, - сказал Земнухов.


- Что скажет наш неутомимый администратор? Может, он открыл новую театральную звезду? - Андреев поднял мутные глаза от бумаги, лежавшей на столе.


- Нет, боюсь, что потеряем старую.


- Как, потерять - и кого? Не Шевцову ли?


- Нет, нет, она сейчас репетирует новую концертную программу. Я имею в виду Бориса Главана. Наш ведущий драматический артист.  


Не выдавая внутреннего волнения, Земнухов продолжал:

- Вчера его задержала полиция за нарушение приказа коменданта города.

- За что задержан? - испуганно спросил Андреев.


Наступил критический момент, требующий разрядки. Земнухов успокоил шефа:


- Вы не волнуйтесь, господин начальник. Главан ничего преступного не совершил. Все его прегрешения объясняются очень просто: возраст любви...


- Что вы сказали?


- Его задержал полицейский патруль за то, что шел с вечеринки немного позже положенного времени. С кем это не случалось в такие годы?


- Только за это? - шеф обрадовался и привстал с кресла,


Земнухов сделал обиженное лицо: разве он позволит себе обмануть или подвести своего шефа?!

- Шел с вечеринки, - продолжал он, - даже с патефоном, а часов не было. Не успел еще заработать на часы. Вот и сидит в полиции.


Шеф успокоился.


- Вся беда в том, что сейчас его высекут там, вы ведь знаете наши порядки.  


Ваня подчеркнул слово «наши» так, что это не вызывало сомнения в том, что он одобряет эти порядки.

- Но мы можем потерять артиста. После плетей Главан долго не встанет...

Установленные порядки в городе, в частности в полиции, все хорошо знали.


«Святой в полицию не попадает», - любил повторять свой афоризм Соликовский.

Без порки никто не уходил из полиции. Если не было никаких улик, задержанный получал 15-20 ударов плетью. Подозрительных допрашивали под пыткой.

Шеф театра Андреев позвонил по телефону Соликовскому. Его не оказалось на месте. Дежурный по полицейскому управлению подтвердил, что Главан задержан за хождение по городу в неположенное время.


- Это мой человек, отпустите его немедленно, - решительным тоном приказал Андреев.


- Скажите своему начальнику, что приказал главный инженер дирекции... - Что? Какие там еще порядки? Никаких плетей не смейте давать!


Прикрыв рукой телефонную трубку, Андреев тихо сказал Земнухову.


- Настаивает, мерзавец, на плетях. Иначе будет ждать Соликовского.


Земнухов на мгновение задумался: «Во что бы то ни стало нужно вытащить Бориса из полиции до прихода Соликовского!»


Он сказал вслух:


- Ну, пусть дадут пяток плетей, раз уж этого требует порядок. Зачем нам нарушать его?


Андреев крикнул дежурному:


- Подожди минуту! - И, снова прикрыв трубку, обратился к Земнухову:


- А если действительно потом не встанет?


- От пяти плетей ничего с ним не случится. Пусть знает на будущее, что порядок нужно соблюдать всем.


- Это ты прав, Земнухов. - Андреев обычно переходил на ты, когда был чем-то доволен.


- Слушай, - снова кричал он в трубку дежурному, - дайте ему пять плетей для порядка и немедленно отправьте ко мне.


Вернувшись в театр и рассказывая нам о беседе с шефом, Земнухов возмущался поведением Бориса.


Штаб «Молодой гвардии» строго предупредил всех подпольщиков, чтобы никто не ходил без надобности в запрещенное властями время.

В тот вечер Главан не имел никаких поручений.

Вскоре появился Борис с голубым патефоном. Улыбаясь, он виновато представился:


- Вот и я.


- Сколько плетей тебе всыпали? - строго спросил Тюленин.


- Пять.


- Мало. Легко отделался. Благодари за это Ваню Земнухова.


Мы не выдержали и громко рассмеялись. А когда Борис открыл крышку патефона и показал, что лежало там, все замерли.


В патефонном футляре были лампы, конденсаторы и целые узлы от приемника, который он монтировал.

Борису потом крепко попало. Этот тревожный факт многому научил нас. Мы стали более осторожными и бдительными».

Когда в городе начались аресты, Георгий ушел на станцию 

Лихая к родственникам, позже - в город Новочеркасск.

«Помню, в Новочеркасск он прибыл в январе 1943 г., - рассказывала его родственница М.Б. Саркисова. - Георгий был одет в легкое пальто, ботинки. На голове шлем. Он сильно промерз, устал, похудел.


Мы с мамой напоили его чаем, расспросили, что случилось, что в такое время привело Георгия в Новочеркасск. Он сказал, что его хотели угнать в Германию, но он сумел уйти из Краснодона. Георгий остался у нас, а как только был освобожден Краснодон - ушел».

В город он прибыл 23 февраля 1943 г., присутствовал на похоронах своих друзей-подпольщиков, а в марте добровольно ушел на фронт.


В составе 3-го Украинского фронта Г. Арутюнянц освобождал Украину. Под городом Запорожье был тяжело ранен. После лечения командование направляет его в Ленинградское училище зенитной артиллерии.

В 1946 г. после окончания учебы Г. Арутюнянца оставляют в училище, вскоре его избирают секретарем бюро ВЛКСМ дивизиона курсантов. За время работы проявил незаурядный талант организатора.


В 1947 г. Георгий Арутюнянц вступил в партию. С 1953 по 1957 гг. он - слушатель Военно-политической ордена Ленина и ордена Октябрьской Революции Краснознаменной академии имени Ленина, после окончания которой работал политработником в войсках Московского военного округа.


Скончался Г.М. Арутюнянц 26 апреля 1973 г. после тяжелой и продолжительной болезни. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.


Георгий Минаевич Арутюнянц удостоен правительственных наград: ордена «Красной Звезды», медалей «Партизану Отечественной войны» первой степени, «За победу над Германией», «За боевые заслуги».

Оцените новость

  • Ваша оценка
Итоги:
Проголосовало людей: 3

Оставить комментарий

Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.

Внимание

Администрации «Очерки о Войне» не известно, имеются ли какие-либо ограничения на копирование и иное использование этой фотографии.
Если вы хотите использовать не только фотографию, но и ее описание, то это возможно в соответствии с пунктом 2 «Условий использования» сайта «Очерки о Войне»
Top.Mail.Ru