Рассказы, опубликованные на сайте о Великой Отечественной войне являются художественным вымыслом.
Артиллерист. Вот так случай, или как он начал заикаться

Артиллерист. Вот так случай, или как он начал заикаться

Советские войска вошли в Польшу. Фашисты регулярно предпринимали попытки отчаянных, танковых контратак.

-Вон туда, на ту возвышенность! – скомандовал командир артиллерийского расчета, капитан Лукьянов, - по одной батарее на холм!

Лейтенант Дмитрий Афонин командовал одной из пяти батарей, в том сражении.

-Старшина, - обратился к старшему заряжающему лейтенант, - бери подносящих и укрепляйте пушки прямо на краю склона. Будем бить прямой наводкой!

Особенностью применения пушек знаменитого 45-го калибра, была их легкость и маневренность, с относительно небольшой дальнобойностью. Этим и было обусловлено непосредственное участие «сорокапяток», в непосредственных боестолкновениях, наряду с пехотой и танками.

-Вон они, товарищ лейтенант! – старшина махнул рукой в направлении горизонта.

Дмитрий поднес к глазам бинокль. Так и есть: на расстоянии около километра показались немецкие танки. Присмотревшись получше, командир батареи различил средние и тяжелые модели вражеских бронемашин.

-Вижу в основном «панзеров», - прокричал подчиненным лейтенант, - но есть и «тигры» с «пантерами»!

Последние приготовления были быстро завершены. Три пушки батареи Афонина были готовы к действиям по предназначению. 

-Зарядить! – скомандовал Дмитрий.

Подносчики снарядов устремились к пушкам и начали помогать заряжающим. Когда все было готово, командир дал очередную команду:

-Целься!

Теперь за дело взялись наводчики. Трое сержантов крутили рычаги туда-сюда, а когда были готовы к выстрелу, традиционно поднимали левую руку вверх. Когда Афонин увидел три поднятые вверх руки наводчиков, он прокричал:

-Огонь!

Три «сорокапятки» «шваркнули» практически одновременно. Лейтенант сразу поднес к глазам бинокль. Один из фашистских танков окутало оранжевое «одеяло». Позади первой, плавно надвигающейся линии вражеских танков, Афонин разглядел серую пехоту и минометные расчеты. Враг начал стрелять в ответ. Взметнулась ввысь земля, в ста метрах впереди, от прилета первых снарядов врага.

Все этапы повторились вновь:

-Зарядить! Прицелится! Огонь! – бегал от орудия к орудию лейтенант, помогая своим, чем можно.

Сссс. Бац! Угодил вражеский снаряд, со свистом в метре от правой советской пушки. Афонина отбросило взрывной волной. Поднявшись и оглядевшись, офицер понял: расчета Колядина больше нет – вокруг покорёженной пушки лежали трое погибших красноармейцев. Еще один, раненный наводчик лежал у ног офицера.

-Огонь и откатываемся на двадцать метров! – отдал приказ Афонин и побежал на помощь к двум оставшимся орудиям.

Этот залп «сорокапяток» Афонина был удачен: на поле, в четырехстах метрах замерли два немецких танка, объятые черным дымом.

-Отходим на двадцать метров! – повторил приказ офицер и подтолкнул одну из пушек.

Бойцы откатывали орудия, а Дмитрий бежал к раненому наводчику, чтобы отнести его в тыл. Не добежав до товарища несколько метров, лейтенант присел на землю. Сверху, со свистом начали падать вражеские снаряды, один за другим.

… Он замер от страха и не мог даже вдохнуть. Со всех сторон приземлились немецкие снаряды, и почему то не разорвались. Такое бывало, что снаряд взрывался не сразу, а через несколько секунд, после приземления. Два снаряда торчали в метре перед лейтенантом, один лежал сбоку от него.

-«Это конец», - промелькнуло в голове офицера. Он сидел, замерев от страха, боясь пошевелиться, и отсчитывал секунды вместе с бешеным биением сердца.

Прошло десять секунд, потом еще десять. Немецкие снаряды лежали целёхонькие. Лейтенант поднялся, взвалил на плечи раненого наводчика и пошел к своим.

-Что случилось, Дмитрий Олегович? - спрашивали бойцы, - чего вы там застряли?!

-Яя..ттт… - он не мог выговорить ни слова. Язык не слушался, зубы стучали, - сс, с, снаряды!..

Бойцы переглянулись, и один быстро сбегал посмотреть. Бой закончился победой советских сил. Контратака гитлеровцев провалилась. Афонин смог нормально говорить, не заикаясь, только на следующий день, выпив вечером кружку самогона.

-Вы не один такой, товарищ лейтенант, - успокаивали его бойцы, - тут у нас после этого боя таких случаев несколько. Это оказывается осветительные снаряды!

-«Странно» - подумал Афонин, - «зачем немцу осветительные снаряды, если бой был днем?!». «Наверное, кто-то из фашистов перепутал ящик, и спас этим мне жизнь

Оцените новость

  • Ваша оценка
Итоги:
Проголосовало людей: 2

Оставить комментарий

Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 1 дней со дня публикации.

Внимание

Администрации «Очерки о Войне» не известно, имеются ли какие-либо ограничения на копирование и иное использование этой фотографии.
Если вы хотите использовать не только фотографию, но и ее описание, то это возможно в соответствии с пунктом 2 «Условий использования» сайта «Очерки о Войне»
Top.Mail.Ru